«Со всех сторон меня окружили копы и повели по длинному коридору, вдоль которого были тюремные камеры с побитыми людьми»

ЧАСТЬ 2. Автостопом из Пхукета в Куала-Лумпур.

Первая часть о дороге Бангкок-Пхукет была тут.

А это продолжение трипа автостопом из Таиланда в Малайзию, протяженностью 1000 километров. Сразу предупреждаю, что материал получился очень длинным.

На Пхукете я провел десять дней, познакомился с множеством русских ребят, странствующих автостопом по Азии. Если в первой части истории итальянцы рассказывали мне, насколько это круто, то теперь свои сыпали страшилками. Например, о тайской полиции, любящей устроить шмон и «что-нибудь» обнаружить у белого туриста. Как россиянина меня это не поражало цинизмом, но рекомендованный план действий я запомнил: если чувствуешь, что начинается развод, выдвижение каких-то требований и вообще агрессия, берешь телефон и показательно звонишь в российское посольство. Это надо делать до начала шмона. В большинстве случаев полицаи не хотят связываться и отстают. Еще были истории, когда автостопщика принимали вместе с водителем, у которого реально была наркота. Закрывают обоих, пока несколько месяцев идет разбирательство. Пишу об этих страшилках, чтоб понимали, с каким настроем я выезжал и как реагировал на некоторые дальнейшие события. Логично было бы не рисковать, но эйфория от прошлой поездки не отпускала.

Первая проблема — выехать из Пхукета. Остров же большой, густонаселенный, а ловить машину надо на широкой трассе без таксистов. Я жил в самом Пхукет-Тауне, до моста на материк — 50 км. Составил план: добраться на автобусе до аэропорта, добрести от него до магистрали и ловить тачку, отбиваясь от таксистов.

Проехать весь путь до Куала-Лумпура за день я не надеялся и решил остановиться в городе Хатъяй, что недалеко от границы с Малайзией. Выспался, затарился водой, отправился рано утром на автобусную станцию и через полтора часа оказался в аэропорту. Все пошли внутрь, а я побрел в сторону дороги.

Мне никто не гудел, все мило улыбались, но я прям чувствовал ненависть водителей. Им пришлось останавливаться и делить одну полосу со встречным потоком, когда равнялись со мной, а деться я никуда не мог. Слева — забор, справа — скала.

При этом вокруг кружил какой-то турист на женском велосипеде с корзинкой. Он внимательно разглядывал меня, но молчал. Через два километра моих прижиманий к скале, остановилась тайка на мопеде и предложила довезти до трассы.

— Ты откуда? — спросила на английском.

— Из России.

— Добро пожаловать в Таиланд! — сказала на русском почти без акцента.

Оказалось, работает стюардессой на российских рейсах и может немного объясняться на великом-могучем. Через три минуты я стоял уже на широкой трассе, попрощался с ней и безуспешно пытался остановить тачку. В туристических зонах всем на тебя плевать.

— А ты куда едешь? — снова появился тот чувак на велосипеде и спросил на русском.

— В Малайзию.

— Да ладно?! — он смотрел на меня, как на сумасшедшего.

Парень был из Москвы, мы прошли пару сотен метров вдоль трассы, пока машины равнодушно проносились мимо. Вдруг тормозит мужик на мопеде и тоже говорит мне на русском?

— Тебе куда надо?

— В сторону Краби. Хотя бы из острова выехать.

— Поехали.

— А тебе самому куда?

— Я уже приехал, но тебе помогу.

И реально помог. Не просто с острова вывез, а довез до развилки, чтобы я мог удобно поймать машину уже по своему направлению. Парень работает фотографом на Пхукете, живет там почти круглый год. Мужик, если ты это прочитаешь, огромный тебе респект!

Как писал выше, стопить на Пхукете и его окраинах тяжело, местные избалованы туристами. Я впервые ловил машину больше получаса. Собирался дождь, небо затягивало чернотой. Тайские грозы — штука страшная, я начинал волноваться. Снова все сигналят, улыбаются, машут, но едут мимо. Остановился роскошный минибас. Внутри спала группа пенсионеров. Водитель согласился довезти прямо до Краби, а это целых 120 километров. Удача. Потом я понял, что это трансфер между отелями. Быстро домчали в полной тишине. До Хатъяйя осталось 300 км, время — час дня. Я расслабился, поел на заправке, казалось, что это будет еще легче прошлого автостопа. Но приключения только начинались.

Солнце исчезло в черноте, молнии сверкали угрожающе близко. Начинался исламский южный Таиланд, он разительно отличался от остальных частей страны по колориту и атмосфере. Я встал на трассе и принялся ловить тачку.

Тут начался какой-то ад. В этом районе безумно много мелких населенных пунктов, каждые пять километров какая-то деревня, поэтому большинство машин — местные. Долго ждать не приходилось, но везли меня лишь по 2-3 километра. И так пять раз подряд. За час я проехал всего 15 километров. И тут случилось самое хреновое — пошел дождь.

Это уничтожающая штука, сопровождаемая шквалистым ветром, загнала меня в какую-то деревянную беседку, где через 5 минут собрались пережидать еще десяток местных. Мое присутствие их, мягко говоря, удивляло, но по-английски они не говорили вообще. А потом прибежал буддийский монах в традиционном одеянии. У него с английским проблем не было, но вместо какой-либо мудрости он выругался:

— Damn rain!

Два с половиной часа я ждал окончания ливня. Опускались сумерки, дождь слабел, вокруг беседки образовалась река. Надо было что-то решать, до пункта назначения оставались примерно те же 300 километров, поэтому я психанул, напялил дождевик и под шокированные взгляды местных вернулся на трассу. 40 проклятых минут все мчались мимо. Дождь то усиливался, то утихал, но не кончался. И вдруг останавливается интересный мотороллер с самодельной крышей и люлькой. Улыбчивый мужичок в тюбетейке снова не говорил по-английски (на юге Таиланда с этим вообще беда). Он был местным, предложил провезти всего 5 километров. Меня задолбал дождь, я хотел ехать на машине, вежливо отказывался, но он настаивал и не уезжал. Только взгромоздившись на мотороллер я увидел, что у него нет ног. У меня чуть внутренний мимимиметр не сломался.

В итоге мы проехали аж 20 километров. Попытался немного задонатить ему на бензин, он отмахивался, противился, но я незаметно спрятал купюру в карман его куртки, когда прощались.

Оказался в какой-то придорожной деревне. Если кто-то подумает из моих историй, что в Таиланде одни добряки, готовые прийти на помощь в любою минуту, это не совсем так. Когда я ловил тачку в той деревне, несколько раз из проезжающих машин мне показывали фак. Сначала бесился и чуть ли не за ними бежал, а потом осознал, как это бесполезно и опасно. Они же у себя дома, вломят мне толпой, а я даже полиции объяснить ничего не смогу. Да и не дойдет дело до полиции, кто там будет искать этих иностранцев в тайской глуши.

Опустилась ночь, настроение испортилось. Почти час бесполезных попыток и опять какие-то головорезы на пикапах, как из прошлой части. Устала и затекла рука, разряжался телефон, перестал работать интернет, я просто стоял на обочине под фонарем, сыпал проклятиями и смотрел на поток машин. Остановился минивэн. Внутри — отец и сын-подросток, по-английски говорили великолепно.

— Ты что здесь делаешь? Помощь нужна?

— Я пытаюсь поймать машину в Хатъяй.

— Садись к нам скорее, здесь опасно.

То, что там было опасно (для меня) я уже и сам понимал. Атмосфера будто наэлектризована. Тайцы пялятся, подходят ко мне, говорят что-то на своем и показывают пальцем чуть ли не в лоб. Я отхожу — за мной идут. У всех на поясе висит мачете. Даже если бы в этом минивэне сидели потенциальные убийцы, я бы все равно отъехал с ними с того стремного места. Но это была крутая семья. Они обещали подвезти до какого-то безопасного поселка в двадцати километрах. Тогда я еще не понял, что они подразумевали под словом «безопасный». И весь этот путь водитель пугал меня историями об ограблениях, убийствах туристов в этих краях и активности местной группировки ИГИЛ (той самой запрещенной организации).

— В прошлом году похитили туриста! Тебе нельзя было сюда приезжать!

— И что мне делать сейчас?

— У меня есть идея.

Мы добрались до его «идеи».

— Вот тут остановка, — говорит водитель. — За ней есть магазин, а здание через дорогу — полицейский участок. Тут тебя никто не тронет, можно спать на остановке.

С одной стороны, я разозлился на него и хотел послать куда подальше за такие предложения. С другой, он все же мне помог, а остальное уже не его проблемы. Поблагодарил их, попрощался и уселся на остановке. К слову, обстановка там не сильно отличалась от предыдущей локации. Местные снова пялились и что-то спрашивали не самым вежливым тоном. Но меня больше волновал почти разряженный телефон и жуткое желание найти туалет. Вспомнив все наказы об избежании лишнего контакта с полицией и благополучно забив на них, я отправился в полицейский участок, ибо других вариантов с розеткой не было. Произошедшее дальше достойно отдельного рассказа.

В холле участка была стойка дежурного, больше похожая на барную. Из-под нее видно лишь торчащую макушку пожилого тайца в нарядной полицейской форме, как у наших дембелей.

— Простите, можно воспользоваться розеткой?

По-английски он, разумеется, не говорил. Выскочил из-за своей стойки, глаза по 5 рублей, таращится на меня и бормочет неразборчиво. Вдруг как закричит что-то на своем, задрав голову к потолку. По интонации было похоже на «Николаич, выходи!», по смыслу — почти оно. Раздался топот, слышно, как несколько пар ног быстро спускаются со второго этажа. Я начал медленно двигаться к выходу, а по лестнице спустились четыре молодых копа. Все в штатском с кобурой на поясе, молодые, улыбаются, но по-английски тоже ни слова не понимают. Я еще активнее устремился к выходу, но меня аккуратно взяли под руки и, бормоча что-то на своем повели наверх. И в этот самые момент, надо признаться, как говорят классики, у меня засосало под проклятой ложечкой. Со всех сторон меня окружили копы и повели по длинному коридору, вдоль которого были тюремные камеры с побитыми людьми. Освещение было слабым, только лампочка Ильича в конце этого темного тоннеля освещала порог двери, к которой меня и тащили. На всякий случай я проверил, надо ли мне еще в туалет. Дверь распахнулась. Это был самый стереотипный полицейский кабинет в мире. Небольшая комната с облупленными стенами, вздутым полом, мухами, вентилятором на потолке, кучей столов с бумагами, древними компьютерами и десятком стульев вдоль стены, на которых восседали несколько местных теток с заплаканными и разбитыми лицами. А на них гневно орал худой мужчина в возрасте, постоянно поправляя здоровую кобуру на поясе.

Увидев меня, он расплылся в улыбке и забыл про все свои дела. Тогда я понял: это единственный человек, говорящий по-английски, вот они и притащили меня сюда.

— Привет! Что случилось? — весело спросил он.

И мне стало так стыдно. Люди такой кипиш подняли, работу бросили, чтобы показать мне розетку и в туалет сводить? Нет, подумал я, надо выкручиваться.

— Здравствуйте. Я заблудился. Подскажите, как мне уехать в Хатъяй отсюда?

Коп вышел из-за стола, взял меня за плечо и сказал:

— Пойдем, сейчас позвоним на автобусную станцию.

Все это время за нами молча наблюдали остальные менты и те побитые тетки. Мы вдвоем вышли из кабинета и вернулись на стойку дежурного. Между делом я все-таки выпросил розетку. Полицейский принялся кому-то звонить и ругаться. Минут пятнадцать орал в трубку, а затем повернулся ко мне, расплылся в улыбке и сказал:

— Я выяснил, автобус будет через 3 часа.

— Хорошо, спасибо, подожду на остановке.

Мне разрешили еще подзарядить телефон и я снова вернулся на место высадки. Никаких гостиниц поблизости не было. Движение на трассе стало вялым. Время — восемь вечера. До Хатъяйя оставалось 260 проклятых километров. Полицейские машины у участка были похожи на военную спецтехнику: высокие пикапы с кенгурятником, а в кузове сидят автоматчики. В принципе, уже было не страшно. Пугала только мысль, что ночевать придется на остановке. Надеяться на обещанный копом автобус было глупо. Я даже не был уверен, что мы друг друга понимаем на английском. Смущало еще то, что остановка какая-то слабенькая, вряд ли большие междугородние автобусы на таких тормозят.

Посидел так 10 минут, подумал, надел рюкзак и отправился вдоль трассы под фонарь ловить машину. Нет, думал я, тут я точно не останусь. Полчаса безуспешно пытался стопить. И вдруг из темноты выезжает на мопеде тот самый добрый полицейский.

Здесь я вынужден прервать рассказ, ибо материал получается слишком огромным, а впереди еще много событий. Если интересно, напишу третью часть, уже завершающую.